Дефолт- реальность?

Мир 15 Дек 2009
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (Нету оценок)
Загрузка...

Форд – городу: “Отвали”. Этот нашумевший заголовок появился в Daily
News после того, как президент Джеральд Форд отказал в помощи Нью-Йорку
в октябре 1975 года, когда город находился на грани банкротства. Через
несколько недель президент сменил гнев на милость. Уступка вызвала
страх, что дефолт Нью-Йорка может привести к проблемам с выплатой
долгов в других городах, штатах и, возможно, во всей Америке.

Похожие
волнения сейчас испытывает еврозона. Причина – просьба фонда Dubai
World заморозить долги. О том, что у компании есть финансовые проблемы,
было известно давно. Но инвесторы думали, что ее долги обеспечены
правительством Дубая и Абу Даби – богатого нефтью соседа Дубая.
Подобная неясность сейчас и в еврозоне. Если страны с расшатанными
государственными финансами, такие как Греция, Ирландия или Испания,
когда-нибудь окажутся не в состоянии рефинансировать свою
задолженность, помогут ли им другие, более “обеспеченные” члены
еврозоны? Если нет, то не станет ли дефолт одной из стран еврозоны
угрозой для остальных ее соседей по европейскому дому?

Существуют
несколько признаков неминуемого кризиса ликвидности. Доход по
десятилетним государственным облигациям двух стран еврозоны – Греции и
Ирландии (с самым высоким уровнем дефицита бюджета) – составляет чуть
ниже 5%, что существенно отличается от немецких гособлигаций,
доходность которых составляет 3,1%. Но это вряд ли отображает бойкот
покупателей. Главные опасения инвесторов по поводу кредитов для
периферии еврозоны пришлись на март нынешнего года. Но тогда
государства были еще в состоянии удерживаться на рынках облигаций.
Греция, к примеру, привлекла 7,5 млрд. евро ($9,4 млрд.) за счет одного
выпуска десятилетних облигаций, хотя к ним и прилагалась ставка купона
6%.

Беспокоит то, что такая тяга к риску не будет продолжаться
вечно. Кроме проблем с большим госдефицитом, страны еврозоны обременены
большими расходами на выплату зарплат бюджетному сектору. Низкая
конкурентоспособность с точки зрения заработной платы тормозит их рост
и сокращает налоговые поступления. Лекарством против этого могла бы
стать девальвация валюты, но государствам зоны евро этот механизм
недоступен.

Хотя проблемы и похожи, каждая отдельная страна
готова к встрече с ними по-разному. Учитывая свой большой
государственный долг, Италия отказалась от использования фискальной
политики как средства стимулирования экономики и благодаря этому смогла
удержать уровень дефицита бюджета ниже среднего по еврозоне. Ирландия
ужесточила фискальную политику на 4-5% от ВВП с начала кризиса. 9
декабря, когда будет озвучен бюджет на 2010 год, ожидается дальнейшее
ужесточение, несмотря на нерешенность вопроса относительно того,
сколько будет стоить бюджету господдержка банковского сектора. Испания
решила отказаться от фискального стимулирования, намереваясь в
следующем году поднять НДС. Так же, как и в Ирландии, с начала года до
октября цены в Испании падали быстрее, чем на остальных территориях
еврозоны, что говорит о повышении конкурентоспособности этой страны.

Греция
остается в списке провинившихся. Эта страна позволяла себе высокие
уровни госдефицита даже в хорошие времена. Новое правительство еще в
октябре признало, что дефицит госбюджета в этом году будет как минимум
вдвое выше, чем прогнозировалось изначально. Правительство обещает, что
в следующем году сократит дефицит до 9,1% ВВП. Но министры финансов
еврозоны настаивают, чтобы Греция приняла более строгие меры. На
встрече в феврале они должны утвердить новый план по реставрации
государственных финансов Греции. Этот план должен быть представлен на
рассмотрение Еврокомиссии уже в нынешнем декабре.

Было бы
ошибкой считать, что данные проблемы касаются только самой Греции.
Конечно, соглашение, создавшее еврозону, содержит в себе пункт, который
запрещает одной стране брать обязательства по долгам другого
государства. То есть долги Греции – это проблема только ее самой и ее
кредиторов. Обещания, пусть даже устные, о помощи со стороны других
стран могли бы привести к еще большему расточительству со стороны
Греции (подобного боялся Джеральд Форд в случае с долгами Нью-Йорка).
Членство в еврозоне могло бы помочь реструктуризировать долги Греции,
устранив валютный риск. Но, в принципе, дефолт Греции или любого
другого государства зоны евро может угрожать евровалюте не больше, чем
дефолт Нью-Йорка в 1975 году или как нынешняя ситуация с долгами
Калифорнии угрожает американскому доллару.

Этот аргумент
выглядел бы убедительным, если бы не нью-йоркский урок, который
показал, насколько теория далека от действительности. Когда его призывы
о помощи наконец-то были услышаны федеральным правительством, город уже
вплотную подошел к банкротству. Его спасло понимание того, какие
нежелательные последствия может повлечь за собой этот дефолт, включая
банкротства банков и расходы по займам для остальной части Америки,
которая не смогла бы оплачивать свои долги.

Но спасение
Нью-Йорка федеральным правительством содержало в себе и элемент
наказания одновременно. В мучительном ожидании госпомощи город был
вынужден сократить расходы на коммунальные услуги, рабочие места,
заморозить выплаты по зарплатам, закрыть многие инвестиционные проекты
и увеличить налоги. Такое “затягивание пояса” оказалось правильным
шагом: “Нью-Йорк сам себя спас”, – заявил президент позже.

Спасение утопающих – дело рук самих утопающих

Такое
же мучительное спасение может ожидать любую страну еврозоны, если та
вдруг ощутит нехватку денежных средств. Условия подобного соглашения
будут продиктованы балансом страха. На одной чаше весов – опасения, что
проблема может быстро перекинуться на другие государства, скажем, в
случае с Грецией на Италию, или на банки еврозоны. На другой –
нежелание просителя быть отрезанным от внешнего финансирования. Процесс
будет стихийным и беспорядочным, некоторые долги могут быть не погашены
в срок. Пока процентные ставки по кратковременным кредитам будут очень
высокими, убедить избирателей в намерениях спасти страну, как и в
случае с Нью-Йорком, будет тяжело.

Но такое
наказательно-ласковое спасение предполагает наличие кого-то с толстым
кошельком. Учитывая же состояние госфинансов даже в таких относительно
стабильных государствах, как Франция, такую поддержку не сможет
гарантировать никто. Германия находится в лучшем положении, но спасать
провинившегося одна не захочет. Достойна ли в такой ситуации
сторона-неплательщик оставаться в еврозоне? Сложно представить…
Страна, утратившая доверие инвесторов к своей фискальной политике, вряд
ли убедит их поверить в стабильность монетарной политики, выстроенной с
нуля. Нет никаких очевидных механизмов, которые бы заставили виновную в
проблемах сторону покинуть еврозону, поскольку членство в ней не
предполагает возможности выйти.

f2f4a4845b85f1bae32c3ce98793a57a.jpg

190

← В Германии неизвестные ограбили инкассаторов на 1,45 млн долл. Гололед стал причиной ДТП →